Урывки из жизни. Интервью с фотографом Ириной Юльевой

Settlement Sabsk,Saint Petersburg region,Russia.June 2009.

/ о фотографии, семье, вдохновении и борьбе с притяжением дивана /

Ирина — фотограф из Санкт-Петерубрга, представленный галерей ФотоДепартамент, выпускница факультета фотокорреспондентов им.Гальперина и ФотоДепартаментИнститут, участник образовательной онлайн программы фонда «Объективная реальность».

Ф.: Как ты начала снимать?

И.Ю.: Первый раз я взяла камеру в 11 лет. Нашла дома фотоаппарат “Зоркий”, хотя мои родители сами никогда не снимали. Мне не с кем было посоветоваться, как с ним обращаться. На лето я поехала в деревню, в которой жил мой дядя — фотограф-любитель. У него были фотоаппараты, пленки и даже своя чудесная темная команата. Я приехала со свои фотоаппаратом и говорю дяде: “Что делать?” Он зарядил пленку, на пальцах объяснил, как это работает. Какое-то время я фотографировала, мы вместе проявляли и печатали… А потом лето кончилось, и я уехала в город. Снова я начала снимать в 2007, а в 2008 поступила на Фотофакультет следом за мужем (Факультета фотокорреспондентов им. Гальперина).

Ирина и Виктор Юльевы, из проекта о Белоруссии

Ф.: Как быть фотографом и мамой/женой одновременно?  

И.Ю.: Мне тяжело раздваиваться. Я выставляю приорететы. Например, обрабатываю  фотографии, когда все спят, когда никого нет. Надо чтобы ничего не мешало. Не могу работать, когда голова забита бытовыми штуками. Когда снимаешь — полностью погружаешься… Больше года назад мы с Витей (муж, фотограф Виктор Юльев) уволились с работы. Ему очень хотелось заниматься только фотографией и больше ничем. У нас с Витей есть общая история — про Белоруссию — хотелось попробовать вместе поработать. У нас нет соперничества. Я снимала портреты. Мне проще фотографировать людей, Витя — снимал пейзажи и все остальное.

В идеале, чтобы работать, я бы куда-нибудь уехала пожить. В Грузию, например. Сейчас пока нет планов. Но… На расстоянии от дома уходишь от всего бытового — школ, детей, котлет — отстраняешься и заполняешься только этим местом. Дома тяжело снимать. Тут тепло и комфортно, диван притягивает.

Ирина и Виктор Юльевы, из проекта о Белоруссии

Ф.: Будете с Витей продолжать вместе работать?

Сейчас планируем доснять Белоруссию. Пока проблема с деньгами, но когда они появятся… Витя хотел бы туда поехать зимой. Мне очень Белоруссия нравится. В Питере так много всего происходит, мне тяжело сконцентрироваться. Когда ты понимаешь, что делаешь, тебя не надо пинать. Первый раз мы приехали в Белоруссию поздней осенью, мне там жутко не понравилось — напомнило Советский союз в мои детские годы. Я не сделала ни одного кадра. Второй раз  поехали год назад — это было летом. Я прониклась! Не было уже той внутренней тяжести.

Ирина Юльева, «Разбитые коленки»

Ф.: Расскажи о своей истории “Нежный возраст”

И.Ю.: Я снимала ее, когда закончила первый курс Фотофакультета. Когда я начала её снимать, моей дочери Саше было 13 лет — начало переходного возраста. Я помню себя в это время, какой я была. Мне казалось, что я — гадкий утенок, не такой нос, не такие ноги. Глупости через которые все проходят… Так много всего в этом возрасте происходит! Словами трудно описать, а в проекте, кажется, получилось. Это все моменты, урывки из жизни, в которых я себя узнавала — мои эмоции. “Нежный возраст” получился очень чувственной историей.

Ирина Юльева, «Разбитые коленки»

Ф.: Сейчас ты работаешь над книгой “Разбитые коленки”. Что это за история и можно ли её назвать продолжением “Нежного возраста”?  

И.Ю.: “Нежный возраст” была девичья история. А тут нет привязки к полу. Но все равно красной линией идет история девочки, моей дочери. Но мой ребенок — точка отсчета. В первую очередь это про меня, а на Сашу я проецирую свои ощущения и воспоминания. История моя. Я находилась с ней рядом, в понятной среде, реагировала на какие-то моменты. Тут нет ничего от ума, все от сердца и от памяти. Это все тоже место, что и в “Нежном возраст”, та самая деревня, в которую я езжу с детства. Мое взросление связано с этим местом, это знакомая для меня среда. Но это история конечно не про деревню. Она про взросление, про сомнения, надежду, хулиганство, юношеский максимализм, поиск, принятие.

Когда заканчивается детство? Заканчивается ли оно вообще?

Ф.: Почему книга?

И.Ю.: Много материала было. Он долго лежал, я работала в цирке и у меня ни на что времени не было, даже на семью. Сейчас я уволилась и появилось время и желание разобраться и разложить по полкам. Это важно для меня!

Ирина Юльева, "Разбитые коленки"

Ирина Юльева, «Разбитые коленки»

Ф.: Некоторые твои снимки смущают, ты провоцируешь зрителя, показывая то, от чего принято отворачиваться!

И.Ю.: Я поняла, что мне нравится хулиганить, хулиганить в фотографии, смущать людей  и во время съёмки и своими фотографиями. Это что-то детское, взрослеть мне не хочется.

Ф.: Достаточно ли тебе фотографии?

И.Ю.: Всегда хочется большего! Я пыталась работать с видео. Смешно, я даже пыталась как-то видео-клип делать. Витя был в резиденции в Голландии и одна музыкальная группа там сделала заказ ему. Они прислали музыку… И я ездила, снимала — нашла моделей, несколько дней мы работали. Мне казалось, что все так круто. Но им ничего не понравилось. Но я не парюсь. Меня больше неудачи в фотографии расстраивают. Хотя, думаю, что ко всему можно вернуться, все переделать.

Ирина Юльева

Ирина Юльева, «Разбитые коленки»

Ф.: А отвращение к фотографии у тебя бывает?

И.Ю.: Нет! Мне нравится снимать. Я люблю волнение и драйв, который испытываю. Не важно, что снимаю даже. Если это коммерческая съёмка, я все равно жутко волнуюсь. Как будто я иду на первое свидание! Меня всю трясет. Мне это безумно нравится. Сниму? Не сниму? Как сниму? При съёмке чувствуешь, что получается. От этого тоже драйв и безумие.

Ф.: Чтобы ты не стала снимать?

И.Ю.: Войну не смогла бы снимать. Никогда. И еще  — проекты про умирающих детей, про раковых больных. Я все проецирую на себя, свою семью и близких.

Ирина Юльева, «Разбитые коленки»

Ирина Юльева, "Разбитые коленки"

Ирина Юльева, «Разбитые коленки»

Ф.: Ты при съемке не дистанцируешься, а приближаешься…

И.Ю.: Я пытаюсь прочувствовать, погрузится в историю, даже при случайной встрече! У меня был такой период, когда родился Кирюша, он был очень болезненный. Мне было тяжело. Когда у Вити был выходной, я выходила с камерой гулять по городу. Кто-то меня чем-то цеплял, я к нему подходила и начинала с ним разговаривать долго, фотографировать. Мне хотелось с людьми говорить, энергию от них получать.

Ирина Юльева, "Разбитые коленки"

Ирина Юльева, «Разбитые коленки»

Ф.: Как искать вдохновение?

И.Ю.: Я не ищу специально. Его невозможно найти, оно само…. Книги, кино, истории. Мне очень часто везет — люди вдохновляют. И фотографии. Вообще общение с людьми. Нужно быть в среде — культурной и фотографической. Зависть — люди столько всего делают, у них кипит мозг…

Ф.: Ты всегда будешь фотографом?

И.Ю.: Не знаю, но мне бы хотелось.

Ирина Юльева, "Разбитые коленки"

Ирина Юльева, «Разбитые коленки»

Ф.: Что тебя радует в жизни?

И.Ю.: Дети мои)

Ф.: У меня вопросы кончились.

И.Ю.: Хочешь кота тебе покажу своего? Его Костик зовут.

 

Сайт фотографа: shadeless.net/irina

7168total visits,1visits today

0 Comments

Leave a reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*