Интервью с куратором Сьюзан Брайт

hometruths_00
SusanBrighturbSusan Bright photographed by Fergus Padel

Журнал Ф. публикует перевод интервью с куратором и писателем Сьюзан Брайт. Её выставка Home Truths была названа одной лучших за 2013/2014 годы, по версии The Guardian и The Chicago Tribune. В беседе с журналом Urbanautica Брайт рассказывает о своём многолетнем профессиональном опыте, особенностях работы с групповыми выставками, планах на будущее, и о том как фотография помогает ей видеть окружающий мир.  

 

Расскажите о своем подходе к фотографии…

С.Б.: Мой подход к фотографии постоянно меняется. Каждый раз она работает для меня по-новому. Изо дня в день я использую её как способ понимания мира и человеческого поведения. Это мой проводник к осмыслению вещей. Например, когда случились атаки в Париже (13 ноября 2015 года в Париже произошла крупнейшая в истории Франции серия террористических актов), я была в ужасе от фотографических реакций местных жителей в интернете. Они были совершенно лишены какой-либо эмпатии и попросту «следовали правилам» социальных сетей, сопровождались искусственными неуклюжими заголовками. Я понимала, что всеобщее выражение эмоций спотыкалось о рамки быстро утвердившихся норм поведения, так что не стоит относиться к происходящему с таким осуждением. Но мне казалось, что это не подходящее время для обмена фотографиями, и всем следует перевести дыхание. Иногда лучше просто не фотографировать. Кроме того, новостные фотографии оставались вдали от конкретики, превращаясь в поток «случилось что-то плохое». Снимки профессиональных фотографов выглядели слишком обобщающими и шаблонными. Мне потребовалось не мало времени, чтобы почувствовать готовность выразить свою реакцию на произошедшее. Этому помог бесконечный просмотр фотографий, попытки понять, почему люди снимали то, что снимали, и как они общались между собой. В это же время я участвовала в довольно напряжённой дискуссии о фотографической продукции с академиком Кейт Палмер Альберс. Я бесконечно благодарна ей за помощь. Мне ужасно повезло с коллегами, которые, кажется, готовы без конца вести увлечённые и интеллектуальные беседы о фотографии.

Я чувствую некоторые перемены в профессиональной жизни с тех пор как начала готовиться к получению степени PhD в области кураторства. Огромное количество литературы и участие в интенсивных исследованиях позволило мне по-новому взглянуть на свою практику и реально оценить свое отношение к медиуму. Я обнаружила, как автобиографический поворот в искусстве и гуманитарных науках встраивается в галерейное пространство, это действительно завораживает. Мои предстоящие проекты отвечают этой тенденции, они вращаются вокруг предметов, с которыми я работаю очень кропотливо и комментируют связь фотографии и автобиографии. Способы экспонирования художественной фотографии должны меняться, так как меняется сама фотография, а следовательно и наши с ней отношения. 

«Независимое кураторство не позволяет тебе скрываться за чьей-то репутацией»

 

Интерес к фотографии следовал за мной непрерывно, но что из этого может получиться карьера, я поняла только ближе к тридцати годам. Я всегда собирала открытки и плакаты и после получения степени бакалавра и магистра истории искусств (обе полностью пренебрегали фотографией), в процессе внутренних войн, противоречий и попыток выяснить, что же я собираюсь делать со своей жизнью, ко мне вдруг пришло осознание: различные учреждения коллекционируют и экспонируют фотографии. На дворе были 90-е, профессия куратора была ещё совсем новой, не вполне освоенной, и уж точно не была частым гостем обиходной речи.

Какой была ваша первая работа в качестве куратора выставок?

С.Б.: Моя профессиональная деятельность началась с Национальной портретной галереи в Лондоне. Я помогала куратору в организации крупных мероприятий и получала немного больше самостоятельности в работе над небольшими экспозициями. До Галереи я проходила практику в Музее Виктории и Альберта в отделе фотографии, здесь я действительно поняла, что хочу быть куратором. Я обрела полную профессиональную независимость вскоре после того, как осознала, что хочу иметь больше возможностей для воплощения собственных идей и работать в более динамичном ритме, чем могли себе позволить подобные учреждения.

©Face-of-Fashion-CoverPoster for ‘Face of Fashion’ at The National Portrait Gallery, London 

«Крайне важно держать здоровую дистанцию и сохранять ту часть вашей жизни, которая не имеет никакого отношения к профессиональной деятельности»

 

Независимое кураторство не позволяет тебе скрываться за чьей-то репутацией. Мне посчастливилось работать с хорошими площадками, и конечно их имя было тесно связано с выставками, но моё — висело на стене или печаталось в книге, а это заставляет чувствовать себя весьма незащищённой. В плане эмоций немного напоминает американские горки. Я очень много тружусь, и тем не менее остаюсь в близком контакте со своими выставками, которые проходят в музеях и галереях. Писательство — существенная и неотъемлемая часть кураторства, как и различные мероприятия, посещение студий, всевозможные дискуссии с коллегами и чтение текстов. Одно непрерывно подпитывает другое.

Будучи куратором, вы наверняка встречали множество интересных фотографов и участвовали в захватывающих проектах! Что было самым запоминающимся в вашей карьере?

С.Б.: Для меня каждый проект выдающийся! С моими книгами у меня более сложные отношения, но к выставкам искренняя любовь. Я дорожу каждым моментом работы над ними. Тот факт, что они временные, делает их ещё более особенными — чем-то похожими на театральную постановку. Думаю, что куратор из меня лучше, чем писатель, потому что я очень чётко представляю себе пространство и аудиторию. Но тексты — необходимая часть этой сферы. Я выпускала книги безотносительно организации выставок — не каждая идея должна быть реализована в форме выставки, иногда это книга или что-то ещё.

Как вы отбираете изображения для выставки?

С.Б.: Принцип отбора меняется от проекта к проекту. Как правило, я работаю с групповыми выставками, и каждая имеет собственную внутреннюю динамику. Можно провести условную аналогию с классным руководством — к каждому классу будет свой подход. Я тесно взаимодействую с художниками и стремлюсь сделать работу внутри коллектива как можно более сплочённой. Иногда я практикую со-кураторство, и тогда процессы принятия решений становятся гораздо легче и занимают меньше времени.

SusanBright3

SusanBright2‘Face of Fashion’ was an exhibition held at the National Portrait Gallery in London, 2007

В целом же исследование начинается с поиска и изучения литературы по всей широте темы, пока на ум не придёт наиболее ясная и выразительная идея. Или толчком может послужить произведение искусства, которым я восхищаюсь. Наверное мой подход — это смесь интуиции и тщательных исследований. При отборе для групповых выставок важно отсутствие дидактического и пояснительного тона. Я стараюсь мыслить как можно свободнее, даже если иногда случаются отклонения от основной темы проекта.

Все эти годы работы с фотографией на таких разных уровнях изменили ваше видение мира?

С.Б.: Нет, фотография помогает мне его увидеть, я уже рассказала об этом в ответе на первый вопрос. Однако, не смотря на всю любовь к своей профессии и фотографии, я всё же считаю, что крайне важно держать здоровую дистанцию и сохранять ту часть вашей жизни, которая не имеет никакого отношения к профессиональной деятельности. Для меня это довольно легко, я наслаждаюсь вещами, которые никак не связаны с фотографией. Друзья, семья, готовка, художественная литература, танцы, бег — всё это приносит мне радость на гораздо более глубоком уровне.

©AutoFocus---Jacket-ImageCover of the book ‘Auto Focus The Self-Portrait in Contemporary Photography’ by Susan Bright

В какой момент важно рассказать историю фотографии: о контексте, в котором она была сделана, об отношениях фотографа к предмету, о его или её взглядах? И всегда ли следует говорить о таких вещах?

С.Б.: Опять же, это меняется от контекста к контексту. Моя работа в качестве куратора и писателя идёт рука об руку с интерпретацией и донесением сообщения. Я не была бы настоящим профессионалом, если бы не раскрывала фотографа аудитории.

 

«Тот факт, что книга может привлечь широкую аудиторию за рамками художественного мира имеет огромное значение»

 

Расскажите о вашей последней книге…

С.Б.: Последняя книга, которую я опубликовала вышла в конце 2013 года — Home Truths: Photography and Motherhood. Она была приурочена, к выставке в Галерее Фотографии и Музее Фаундлинга, которая затем выезжала в Чикаго и Белфаст. В целом, Home Truths — разговор о материнстве в 21-м веке, борьбе со стереотипами, личных ожиданиях и культурных ограничениях, разоблачающий материнскую сущность, как обладательницу силы и власти.

©TPG_Home_Truths_front_cover‘Home Truths: Photography and Motherhood’ is published by Art/ Books, The Photographers’ Gallery, The Foundling Museum and The Museum of Contemporary Photography, Chicago. 

Книга работала и как каталог, и как самостоятельная единица. Я была редактором, а это значит, что я представила всех художников проекта (Жанин Антони/Janine Antoni, Элина Бразерус/Elina Brotherus, Элинор Каруччи/Elinor Carucci, Ана К. Брода/Ana Casas Broda, Фред Ханинг/Fred Huning, Ли Ледэр/Leigh Ledare, Ханна Путц/Hanna Putz, Кэти Мюррэй/Katie Murray, Анну П. Мэтью/Annu Palakunnathu Matthew, Тирни Гирон/Tierney Gearon, Мияко Ишиучи/Miyako Ishuichi и Энн Фесслер/Ann Fessler), руководила написанием эссе и опубликовала собственный текст. Я получила большое удовольствие от создания условий для работы писателей и мыслей о том, как вывести книгу в другие области, чтобы она была самодостаточной, не привязанной к выставке. Для моей работы очень важна доступность и тот факт, что книга может привлечь широкую аудиторию за рамками художественного мира имеет огромное значение.

©susanbright71

©susanbright6‘Home Truths: Photography and Motherhood’ 2013/2014, The Photographers’ Gallery, London.      Photographs by Kate Elliot

Сейчас я работаю над двумя новыми книгами. Одна из них о том, как пища стала объектом фотографии. Эта тема затрагивает личную и общественную жизнь. Она может рассматриваться на политическом, религиозном, потребительском, творческом, символическом, национальном и региональном уровнях. Фотография еды неразрывно связана с жанром натюрморта, она опиралась на эти традиции с 19-го века, но как полноценное направление сформировалась после прихода цветной фотографии и достижений в области печати, когда изображения на упаковках пищевых продуктов и рекламных объявлениях должны были выглядеть привлекательно и способствовать росту продаж. Позже эта тенденция распространилась и на глянцевые журналы, типа McCalls, они были первооткрывателями новой и современной эстетики изображения еды, которая продолжается по сей день. Я начну с бума популярности таких фотографий, который вспыхнул вместе с гурманским движением 1990-х и распространением некоторых независимых журналов и блогов. И закончу на фотографии еды в социальных сетях.

Вторая книга о визуальной грамотности. Она стремится раскрыть фотографии, начать дискуссию, предложить примеры и задать вопросы о том, почему фотографы делают те или иные снимки, даёт различные инструменты для лучшего понимания. Книга выдвигает на передний план те вопросы, которые мы слышали ни один раз и которые, возможно, до сих пор пытаемся разрешить. С вездесущностью фотографии и разнообразием фотографического ландшафта, нам (и мне в том числе) становится очевидно, что существует всевозрастающая потребность в более критическом понимании предмета и расшифровке фотографического сообщения. Как кураторам, работающим в этой сфере, нам встречаются удивительные противоречия во мнениях, когда разговоры заходят о фотографии и касаются, к примеру, таких вопросов: Почему именно эта одна фотография важнее другой? Нормально ли заимствовать чьи-либо фотографии из сети для своей работы? Мы не притворяемся, что знаем ответы, но эта книга призвана быть ориентиром, создать обстановку, в которой читатель будет чувствовать себя комфортно, уверенно и сможет четко выражать свои мысли, когда в следующий раз возьмёт в руки камеру, опубликует фотографию онлайн или столкнётся с изображением, к которому нелегко с ходу подступиться.

Есть ли современный художник, фотограф или писатель, возможно даже молодой и только появившийся, который оказал на вас какое-то влияние?  

С.Б.: В профессиональном плане на меня влияют писатели. Я много читаю и всё больше мой интерес падает на художественную литературу, которая чья целевая аудитория — выпускники средней школы. Мне кажется, подобные книги более опасные и сложные, чем «взрослая» литература . Отличный пример — трилогия «Тёмные начала» Филипа Пулмана / Dark Materials trilogy by Philip Pullman. Она бьёт в самую сердцевину вопросов гуманности, духовности и веры поэтично и бескомпромиссно. Это было для меня полным откровением, я с жадностью разом их проглотила. Недавно я начала писать короткие рассказы и собираюсь продолжать. Это совершенно новый поворот, я не уверена, что он куда-то приведёт и окажется успешным, но это то, что я люблю и то, что приходит быстрыми энергичными всплесками — очень приятное ощущение!

Мне никогда не надоест «Баллада сексуальной зависимости» Нан Голдин/‘Ballard of Sexual Dependency’ by Nan Goldin. Я часто обращаюсь к «Незнакомцам» — каталогу первой триеннале Международного Центра Фотографии (ICP) — они обе датированы и актуальны сейчас более, чем когда-либо, так как фотография существенно изменилась с 2003 года. Если говорить о чистом удовольствии — для меня это «Двояная игра» Софи Калле и Пола Остера/‘Double Game’ by Sophie Calle and Paul Auster.

©aperture‘Ballard of Sexual Dependency’ by Nan Goldin published by Aperture

Последим кто произвёл на меня впечатление был Уго Рондиноне с выставкой Я ♥ Джона Джиорно/I ♥ John Giorno в Токийском Дворце. Как я уже говорила — меня очень интересует автобиографичность нашего времени, и это была первая выставка, которая на мой взгляд обращалась к этой теме продуманно и изящно. Проект был посвящён художнику Джону Джиорно, но касался и самого Родиноне и его взаимоотношений с работой. Эта выставка была честной, освежающей и захватывающей.

Каковы ваши планы относительно будущих проектов?

С.Б.: Когда замечательной художнице Лауре Лентински задали такой же вопрос, она предложила включить песню ‘fuck, kill, marry’. По-моему, это самый умный ответ, который я когда-либо слышала!

Оригинальный текст: Klaus Fruchtnis

Перевод: Ирина Ханина

Источник: Urbanautica 

Сохранить

1473total visits,11visits today

0 Comments

Leave a reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*