Фотография — это просто. Фотография — это сложно. Пол Грэхем

Фотография — это до неприличия просто. Это настолько просто, что я даже не могу начать, я просто не знаю с чего начать. В конечном счете, фотография — это всего лишь рассматривание вещей. Мы все это делаем. Это просто способ запечатлеть то, что видишь: направь камеру в ту, или иную сторону и нажми кнопку. Что тут сложного? Сейчас, в цифровую эру, — еще проще, практически даром, — про стоимость пленки можно забыть. Фотография — это настолько элементарно, что просто смешно.

Фотография — это так сложно, потому что она везде, в каждом месте, все время, даже прямо сейчас. Это образ ручки в моей голове, когда я пишу; фотография — это образ вас, читающих то, что я написал. Отключись немного от текста и смотри: она здесь, в каждом пространстве этой комнаты, вот там, а еще и там. А потом ее нет. Ты не сделал фотографию, потому что решил, что не стоило, а теперь уже слишом поздно, момент упущен. Один момент упущен, но следующий появляется в ту же секунду. Сейчас. Потому что жизнь течет сквозь нас и вокруг нас, вырывается наружу и мчится вперед во всех направлениях.

Но если фотография везде и все время и, если ее так просто делать, то в чем ее ценность? Какие изображения имеют значение? Сделанные с трудом, «осведомленные», выверенные кадры? Да. Или же очевидные, натянутые, сухие? Иногда. Это импровизированный снимок, сделанный по внезапному порыву. Конечно. А может это удачное наблюдение, произвольный момент, пойманный благодаря случаю? Возможно. Это интуитивное выражение ясного разума? Именно так. Или, быть может, — это сконцентрированный во фрагменте многолетний опыт смотреть, видеть, мыслить фотографию. Безусловно.

«Единственный урок жизни: в мире гораздо больше случайностей, чем человек способен вообразить, оставаясь в здравом уме». — Томас Пинчон V.

Ладно, но как мне осмыслить этот бесконечный поток, туман, окутывающий жизнь здесь и сейчас? Как мне увидеть сквозь него, как мне пересечь эту границу? Я выхожу на улицу и снимаю незнакомцев, или выстраиваю театрализованные сцены с друзьями, или же фотографирую только своих любимых, семью, самого себя? А может мне стоит снимать землю, камни, деревья, — они не двигаются, не жалуются, не дают отпор. Старые дома? Новые дома? Мне поехать в военную зону на другой конец света, или в соседний супермаркет, а может лучше не покидать свою комнату вовсе?

Да, да, и еще раз да. Ты не испытываешь недостатка выбора, только не позволяй этому остановить тебя. Будь в курсе, но не буксуй. Расслабься, фотография — это все и везде. Ты найдешь ее и она найдет тебя, просто начни. Так, или иначе, что бы там ни было: начни.

Ладно, но не должен ли я иметь какую-нибудь внятную тему, не должен ли я прежде всего знать, что я делаю? Это было бы неплохо, но я сомневаюсь, что Роберт Франк осознавал, что все это значило, когда он начинал, равно как не осознавали и Синди Шерман, и Роберт Мапплторп, и Атже, и…, так что и вам не следует ожидать полного понимания. Чем больше запланированности, тем меньше возможности для неожиданности, меньше возможности для мира дать ответ, для идеи обрести свою форму; тем меньше двусмысленности и неопределенности, которые, порой, важнее, нежели ясность и определенность. Часто работа говорит больше, чем это входило в намерения художника.

Но моя фотография не всегда вписывается в аккуратные, связные серии, поэтому быть может мне следует стать приверженцем свободной формы? Фотографировать что-угодно и когда-угодно: небо, мои ноги, кофе в чашке, цветы, которые я только что заметил, моих друзей и любовников и, поскольку это все — моя жизнь, то смысл найдется сам собой? Возможно. Иногда это работает, иногда это вызывает снисхождение, но в конечном счете это ваш выбор, потому что вы в равной степени свободны не понимать и не о-смысливать.

«в конечном счете, даже если эта история абсурдна, что является важной составляющей сути вопроса, если суть, смысл в принципе существуют, так как отсутствие смысла также кажется частью смысла.» — Малькольм Лаури, Хранитель призрака

Ладно, мне нужно время, чтобы подумать об этом. Я позволю себе эту свободу на некоторое время. На пару лет. Возможно я не найду ответа, но я буду среди тех, кто понимает подобный вопрос, тех, кто дошел до той же точки. Возможно я начну с ложного пути, или с неверных побуждений: мне нравились камеры, я думал, что фотография — это легкий выбор. Но раз сейчас я вынужден попробовать, то возможно в последствии я наткнусь на что-нибудь пусть небольшое, но значительное для меня, что-нибудь, что окажется для меня верным и точным. Если я сконцентрируюсь на этом, то, возможно, оно начнет расти и своим скромным неописуемым образом начнет иметь смысл. Например, фотографировать Арабо-Американцев в Америке как людей со своими жизнями и мечтами, семьями и чувствами, гетеро- и гомосексуальных, молодых и старых, обладающих всеми человеческими качествами, которыми Голливуд их никогда не наделяет. Или сообщество черных в Нью Хэвен. Создать невыразимо радостные, дурацкие, театральные «шарады», которые бы разнесли мои собственные предубеждения на тысячи осколков. Или смешные-волнующие-грустные подражания снимку моего бойфренда. Или сделать анонимный пригородный пейзаж севера штата так, чтобы он бросил вызов всем захватывающим изображениям, к которым мы так пристрастились. Или… как мы — женщины используем наше тело для демонстрации того кем, как мы думаем, мы должны быть. Или…

«Роман? Нет. Я уже не такой выносливый. Чтобы написать роман, нужно уподобиться Атласу, держать на плечах целый мир, держать месяцами, а то и годами, пока события сами себя не исчерпают…» — Кутзее Джон, Дневник плохого года

Надеюсь, что я буду продолжать и развивать то, что я найду. Это того стоит. Буду продолжать, потому что оно окажется более значительным, нежели остальные вещи: денежная работа, редакционное задание, фэшн съемка. И тогда, однажды, то, что я нашел покажется мне достаточно завершенным и я поверю в то, что дело сделано. Готово. Существует. И своего рода контрибуция: все те усилия, и фрустрация, и время, и деньги — отступит на задний план. Это того стоило, потому что это что-то реальное, что-то, что не существовало до того, как ты это о-существил: живое произведение искусства и силы, и чувственности, которое говорит об этом мире и том месте, которое такие же люди, как и ты занимают в нем. Это прекрасно, не правда ли?

Yale MFA Photography, выпуск, февраль 2009

Пол Грехэм

Перевод: Алина Белишкина

2447total visits,2visits today