Екатерина Толкачева. Добрый доктор

Tolkacheva E. Kind Doctor

Проект сделан в рамках курсовой работы на Факультете фотокорреспондентов имени Ю. А. Гальперина. Куратор – Анна Федотова.

Дневной свет попадает в приемную через открытую входную дверь, придавая скульптурный вид лицам бездомных. Тяжелый запах неизбежно проникает в кабинет врача и долго преследует после рабочего дня. Очередь терпеливо ждет, делится новостями и рассуждает, кому жить хорошо.

Бывший ди-джей, худощавый человек лет тридцати, поучительно цитирует Библию. Остальные недоверчиво посмеиваются. В углу покряхтывает пожилой мужчина с книгой в руках: «Ну, парень, что-то ты перечитал!». Он принимает участие в разговоре как бы между делом, когда у него заканчивается очередная страница романа Хаггарда Генри Райдера.

«В нашем мире все относительно, — вдруг произносит он. – Всё! Сегодня так, а завтра вот так!» — «Сегодня белое, завтра чёрное, да?» – с вызовом перебивает парень с нагловатой усмешкой. «Что такое счастье? Это миг! – продолжает пожилой мужчина с книгой. – Я вот счастлив, где-то, с кем-то, а через секунду – всё, миг прошел, опять обыденность!» — «А ты когда счастлив?» — «Эх…»

Речь заходит о коммунизме, молодежных организациях и о том, что правильнее испытывать к ближнему – жалость или сочувствие. Кто-то вспоминает о больницах и реанимации. «Сколько раз ТАМ был, никакого света не видел!» — «Ха, свет в конце тоннеля?» — «Ну да, вообще ничего не видел!» — «Да там и нет ничего» — «А Евгеньич говорит, что есть. Библию читать надо».

Врач Анатолий Евгеньевич ведет прием в здравпункте для лиц БОМЖ. Его часто спрашивают, как он может оставаться добрым к своим весьма специфическим пациентам. Анатолий Евгеньевич говорит, что каждый из них когда-то был ребенком, а дети все хорошие.

Комментарий к проекту

Когда я первый раз фотографировала в здравпункте для бездомных, меня заинтриговал контраст белых перчаток доктора и черного лица пациента. В этом ощущалось противостояние, которого не ожидаешь, когда один человек оказывает помощь другому. Мне захотелось понять, что здесь происходит и что доктор и пациенты находят во встрече друг с другом.

Казалось бы, ничего необычного: пациенты приходили в медицинское учреждение и получали положенное. Но этот здравпункт посещали люди, давно отвыкшие от сочувствия, поэтому обычный медицинский прием превращался в нечто большее. Доктор стал для них уникальным источником доброты и человеческого внимания.

Контраст черного и белого, который привлек меня в начале работы, постепенно стал символизировать более сложные вещи, чем противостояние света и тьмы. Здесь, в здравпункте, оценочные суждения теряли смысл: когда человеку физически плохо, ему просто нужна помощь, вне зависимости от того, хороший он или плохой, сам виноват в своем состоянии или нет. Иногда пациенты казались безропотными жертвами своего положения, и доктор словно приобретал над ними власть спасителя. Иногда бездомные довлели над доктором, и он, в свою очередь, казался жертвой положения, с возложенными на него обязанностями.

При разборе фотографий с куратором стало ясно, что именно доктор должен быть ключевой фигурой серии, но не как индивидуальность, а как воплощение качества, которое в нем ищут пациенты. Название куратор Анна Федотова предложила сразу. Мне оно понравилось, так как его внешняя наивность выбивала из колеи и придавала неоднозначный эмоциональный оттенок истории.

Я отказалась от фотографий действия и прямого общения доктора с пациентами, решив сделать акцент на деталях и на портретах бездомных, чтобы передать опыт личного контакта с героями. Цветные фотоснимки и записи из архива доктора включены в серию, чтобы она не замыкалась в своем созерцательном настроении и имела дополнительный выход в реальность. В дальнейшем я хочу поработать над тем, чтобы материалы из архива несли большую смысловую нагрузку и при этом органично существовали в проекте.

Для меня эта работа – об универсальных категориях страдания и милосердия, но надеюсь, в ней есть место для свободы интерпретаций.

Екатерина Толкачева